Гроза немецких подводников

Во время Великой Отечественной войны столкновения кораблей и самолетов РККФ с вражескими подводными лодками начались буквально с первых часов 22 июня 1941 года и продолжались до мая 1945 года. Даже во время короткой войны с Японией 21 августа 1945 около Гензана эсминец «Войков» и фрегат ЭК-2 заметили перископ и пробомбили его, зафиксировав в боевых документах, что лодка вероятно потоплена т.к. на поверхности появились пятна масла.

Частенько для «достоверного потопления» хватало пузыря воздуха на поверхности после взрывов глубинных бомб, иногда многочисленные свидетели точно фиксировали «гибель лодки». Только за первые 10 дней войны и только на Балтике, корабли и самолеты провели целый ряд «результативных атак».

24 июня катер МО 206 между островами Найссар и Аэгна атаковал и как считалось потопил подлодку. В тот же день два МБР-2 под командой ст.лейтенанта Левина и лейтенанта Кузичева находилась в воздушном охранении отряда боевых кораблей, следовавших из района Даго в Таллин. В 25 км. севернее мыса Тахкуна заметили перископ и снизившись до 300 метров атаковали лодку 4 фугасными бомбами, затем место контакта пробомбили катера МО. Но через 15 минут перископ вновь обнаружили и его атаковал самолет Левина. На поверхности воды сразу появилось пятно масла, по которому три катера МО сбросили бомбы. После этого ни у кого не оставалось сомнений, что подводный пират уничтожен.

25 июня минзаг «Ока» из Таллина вышел в боевой поход, сразу после окончания минной постановки с корабля заметили перископ и обстреляли его ныряющими снарядами. Вскоре на месте только что выставленного минного поля произошел сильный взрыв, выбросило какие-то обломки и на поверхности моря расплылось пятно соляра.

В тот же день СКА «Аметист» в районе мыса Юминда пробомбил подводную цель и наблюдал всплывшие пузыри воздуха и масло.

Иногда детали гибели были гораздо более красочными. 27 июня в районе о.Эзель торпедные катера лейтенанта Н.Ф.Баюмова и ст.лейтенанта С.А.Глушкова атаковали лодку глубинными бомбами. Об этом эпизоде известный советский писатель маринист В.Вишневский записал в своем дневнике такие подробности: «В районе о.Эзель торпедирован и затоплен наш корабль. команда снята ТКА. Этот же ТКА потопил лодку. Подводная лодка тут же после атаки показав рубку килем вверх пошла ко дну».

Еще более интересный случай произошел 7 июля в Ирбенском проливе, катер МО 213 обнаружил и атаковал глубинными бомбами подлодку. По всем признакам атака увенчалась успехом, позднее потопленная субмарина обнаружена на грунте водолазами спасательного судна «Колывань», казалось уж в этом случае места для каких-либо сомнений не остается. Так же как и 16 августа 1941 года, когда в Финском заливе командиры торпедных катеров лейтенанты П.В.Васильев и В.В.Жаров доложили, что вышли в атаку по всплывшей подлодке и наблюдали торпедное попадание. Все упомянутые эпизоды почерпнуты из мемуарной литературы, вышедшей в свет через 35-40 лет после описываемых событий. В боевых донесениях, без сомнения зафиксировано еще множество подобных сцен.

В мемуарах командира 2 бригады торпедных катеров ЧФ кап.2 ранга В.Т.Проценко изложен любопытный диалог, который произошел у него с наркомом Н.Г.Кузнецовым в сентябре 1943 года. «- Ваша бригада подводные лодки топит?

— Никак нет!

— Это почему же? Все топят, а вы нет?

...Если верить всем донесениям с кораблей и самолетов, то мы уже перетопили все наличные и строящиеся немецкие подводные лодки».

Однако авторы воспоминаний все-таки сочли необходимым изложить в своих работах упомянутые «потопления» подлодок, считая их наиболее достоверными на основании послевоенного анализа.

Реальность оказалась совсем иной, за весь 1941 в восточной части Балтики Кригсмарине потерял только U 144, потопленную 10 августа торпедой ПЛ Щ 307, еще две лодки 580 и 583 погибли в ноябре 1941 от аварий, как пишут немцы. Правда эти две последние лодки даже в 1975 военный историк Басов в статье о противолодочной обороне на Балтике в 1941—1943 гг. считает погибшими на наших минах. Кстати, немцы даже и сейчас при кажущейся скрупулезности не особенно стремятся признавать потери от действий противника и частенько находят всяческие «объективные» обстоятельства, для чего лучше всего подходят мины и аварии.

Однако неслучайно в большинстве эпизодов фигурирует катер МО. Он считался главной противолодочной силой советского флота.

Катер МО IV разработан в 1934—1936 годах группой конструкторов под руководством Л.А.Ермаша первоначально для морской погранохраны НКВД. Небольшое водоизмещение — 56 тонн, большая скорость 26 узлов, вооружение -2×45 мм. пушки и 2 пулемета ДШК к тому же дешевизна деревянного кораблика и простота постройки заинтересовали командование РККФ. С 1936 года корабль оснащается гидроакустическими приборами и становится основной противолодочной силой флота. Штатное вооружение 8 больших и 24 малых глубинных бомб. Всего до 1945 года построено 219 катеров.

С окончанием компании 1941 немецкий подводный флот прекратил боевые действия в восточной части Балтики. Это положение сохранялось до весны 1944 года, позднее в указанный район направили подводников, прошедших школу боев в Атлантике.

Если в 1941 году действовали малые немецкие лодки типа II, то сейчас в бой пошли знаменитые «семерки» — средние лодки типа VII. К тому же стиль ведения боевых действий немецких подводников заметно отличался от финских, куда большей агрессивностью и настойчивостью. Поэтому условия ведения противолодочной кампании 44-45 годов значительно усложнились. Бои 1944-45 выдвинули на первый план в качестве наиболее удачливого в советском флоте охотника за подводными лодками катер МО 124. Катера различных типов имели сотни боевых столкновений с реальными или показавшимися подводными лодками на всех театрах военный действий с 1941 по 1945 гг., но только два «малых охотника» могут гордиться фактическим потоплением подводной лодки. Это балтийские МО 103 и МО 124.

Первый из них под командой старшего лейтенанта А.П.Коленко 30 июля 1944 потопил U 250 и единственный раз за всю войну из воды были подняты 6 пленных подводников. Этот эпизод очень подробно описан во множестве публикаций. Гораздо менее известна противолодочная биография катера ст.лейтенанта Н.Д.Дежкина, хотя оба корабля входили в 1 гвардейский дивизион катеров МО Краснознаменного Балтийского Флота. Николай Дмитриевич был известной фигурой в дивизионе. Считался одним из образцов флотского вида, всегда одетый не только строго по форме, но с шиком, белый воротничок и манжеты с неизменными запонками. Командир и подчиненных воспитывал согласно своим представлениям о флотском порядке.

Без сомнения, значительная доля успеха, кроме личности командира, может быть отнесена за счет других факторов. Накануне навигации 1944 года плавающий с 1939 года катер прошел капитальный ремонт, на него поставили новые моторы и новую гидроакустическую станцию. Хороши были сигнальщики и акустики, еще в 1943 патрулируя около Кронштадта катерники умудрились ночью в темноте заметить резиновую шлюпку в которой шел диверсант.

Гидроакустическую вахту нес как правило Павел Дмитриев, он считался одним из лучших «слухачей» в ОВР КБФ. Так он на слух определял присутствие мины в водной толще. При совместном плавании катер всегда становился головным и даже в темноте успешно проводил корабли сквозь узости или по сложному фарватеру и т.д.

По совокупности катер МО 124 чаще всего избирали флагманским при дозоре, патрулировании, частенько на нем находились то комдив, то командир звена.

МО 124 за период с мая 1944 по январь 1945 имел минимум три боевых столкновения с реальным противником под водой.

16 мая радиоразведка засекла передачу вероятно подводной лодки из района о.Соммерс. Командование сомневалось в точности информации т.к. более 2 лет в восточной Балтике субмарин замечено не было.

Тем не менее на линию обратного возвращения лодки северо-восточнее о.Сескар выставлен противолодочный дозор, звено капитан-лейтенанта З.А.Патокина.

В ночь на 17 мая 1944 МО 203 ст.лейтенанта М.Г.Авилкина находились в дозоре. Стояла тихая белая ночь — сумерки, штиль. Катера держались без хода, иногда подрабатывая моторами, чтобы вернуться на исходную позицию, севернее Дейманстенских банок. потихоньку начало рассветать, ничего не нарушало покоя.

Неожиданно с МО 124 услышали бульканье, всплески и справа по борту в предрассветных сумерках стала вырисовываться рубка подлодки, которая перешла на ход под дизелями не замечая охотников. Оба акустика, и катерный и лодочный, ничего не услышали, вероятно условия прохождения звука в водной среде в тот день были очень плохими.

Быстрее всех сориентировался капитан-лейтенант З.А.Патокин, скомандовавший «Боевую тревогу»! «Дежкинская гвардия» отреагировали моментально, открыв огонь из орудий и пулеметов. Лодка срочно погрузилась, но на спокойной поверхности моря остался пенный след и прямо по нему сбросили 3 больших и 6 маленьких бомб. Затем отбомбился катер Авилкина и поставил вешку.

Корабли легли в дрейф, открыв гидроакустическую вахту. Примерно через час засекли шум и звуки ударов металла о металл и какое-то жужжание. Капитан-лейтенант подозвал к борту МО 203 и после короткого совещания, прослушав еще раз водную толщу, звено совместно дважды «прочесало» бомбами район предполагаемого нахождения врага. В лучах восходящего солнца на поверхности заблестело и стало расплываться масляное пятно, затем показались щепки, тряпки, обломки досок. Ближе к вечеру на воде обнаружили матрац, спасательный жилет с надписью на немецком языке. Все говорило о том, что лодка потоплена. Это был первый случай за несколько лет, и из Кронштадта на катере МО 302 со спасательной партией срочно вышел лично командир дивизиона кап.3 ранга И.А.Богданов. Осмотрев место боя спасатели обнаружили металлоискателем на дне металлическую массу и выловили из воды фланелевку минера немецкого образца.

Этой же ночью МО 302 ст.лейтенанта И.Ф.Сидоренко, оставленный на месте боя ожидать водолазов, подвергся неожиданной атаке 4 артиллерийских катеров противника. Сильно поврежденный МО 302 вынужден срочно уйти в базу. Цель этой акции в то время осталась неясной.

Через 8 дней — 25 мая — к пляжу о.Сескар прибило труп подводника без каких-либо документов, но все равно теперь все сомнения в гибели лодки отпали. До самого конца войны результат боя 17 мая считался безусловно успешным. Однако, по послевоенным документам не зафиксирован случай потери немцами подлодки в данном районе в это время. Более того командование Кригсмарине направило «семерки» в восточную Балтику только в июне, и первый выход из Таллина в Финский залив немецкая лодка совершила 22 июня. Вероятнее всего атакована и тяжело повреждена финская лодка, но не понятно откуда взялись предметы немецкого образца. Конечно, офицеры могли выходить для практики на финской лодке, минеру там делать нечего.

В дальнейшем поединки с субмаринами принимали более ожесточенный характер. Прибывшие немцы повели себя совсем не так как финны, которые за всю войну решались на атаки из надводного положения лишь в июне — июле 1941. «Орлы Деница» и летом 1944 устраивали целые артиллерийские дуэли. Особенно усердствовала в этом U679 обер лейтенанта Бреквольдта. В июле она появилась там, где никто не ждал подводного противника — в Выборгском заливе и первоначальные донесения об обнаружении подлодки всерьез не принимали. Все же в ночь на 14 июля 2 катера МО и ТКА встали в засаду у о.Руонти и в полночь наблюдательный пост заметил выходившую лодку, которая обнаружив наши приближающиеся катера погрузилась и ушла обратно. На другой день лодку снова подстерегли, причем на мелком месте, где она не могла погрузиться. Субмарину атаковал торпедой ТКА 57 лейтенанта А.А.Машарова, U 679 развернулась и стала уходить, отстреливаясь из 20 мм. автоматов. Катера МО 104 ст.лейтенант Н.М.Васильев и МО 105 ст.лейтенант Г.А.Швалюк, открыли ответный огонь и попали в рубку лодки, где погибли 3 немца. Все же лодка отвернула и от второй торпеды и, отбившись артогнем от катеров, ушла. На ее боевой счет записали предположительно потопленный торпедный катер. В том же районе через 2 недели погиб один из участников боя — катер МО 105 от торпеды U 250, которая в свою очередь потоплена МО 103.

Все же эти события не охладили пыл подводников и особенно командира U679. На сей раз он «выступил» в Нарвском заливе.

5 августа дивизион катеров-тральщиков проводил контрольное траление, а охранял их бронированный малый охотник ВМО 522 «Чкаловский Пионер». В 9.20. в 3-х милях от катеров всплыла U679 и открыла артиллерийский огонь. Охотник ответил из своих орудий, но лодка была прикрыта еще не протраленным районом, поэтому катер двинулся на подмогу в обход. Лодка снова всплыла через 28 минут. «Пионер» еще шел долгой «непрямой дорогой», поэтому снова только пострелял из орудий и загнал обер лейтенанта на глубину. Наконец через 2 часа ВМО 522 завершил свой маневр и опять нашел лодку на поверхности, в это время прилетели два ИЛ-2. Они сбросили бомбы по погрузившейся лодке, затем к точке погружения подошел БМО и сбросил свои бомбы. На поверхности появились пузыри и масло. Акустик слышал в глубине какие-то звуки, но опять прилетели 2 самолета и сообщили, что видят лодку на глубине метров 30. Охотник срочно ушел в сторону, а после взрывов бомб ровно через три часа после начала боя сбросил остатки запаса противолодочных бомб по масляному пятну.

В итоге всей баталии U679 незначительно повреждена 8 ноября она снова выйдет в море, но уже под командой обер лейтенанта Эдуарда Ауста. В этом походе ее путь пересечется с катером МО 124, но это позднее.

Вторая схватка с подводным противником у Дежкина произошла в последнем месяце 1944 года, при обстоятельствах менее драматичных, чем июльско-августовские стычки, описанные выше.

1 гвардейский дивизион катеров МО базировался в это время на Таллин, его корабли в т.ч. и МО 124 выходили в дозоры, несли охрану тральщиков, конвоировали суда, выполняя множество черновой военной работы.

В конце декабря ст.лейтенант вышел в море в охранении отряда тральщиков, следовавших из Кронштадта.

Акустическую вахту нес Дмитриев и возможно именно его способности позволили 26 декабря услышать в шуме моря пение корабельных винтов, причем в очень сложных условиях. Лодка только готовилась к атаке. На море стояла непроглядная ночь, ветер, волна. Командир, уверенный в докладе своего акустика, повел корабль в атаку и сбросил большую серию глубинных бомб. Когда успокоилась взбаламученная вода при неярком свете выглянувшей луны, на поверхности вроде бы заметили пятна солярки. Не раздумывая Дежкин сбросил вторую серию бомб. Никто кроме МО 124 лодки не слышал, и командир конвоя, посчитав, что атака проводится по ложной цели, приказал занять свое место в охранении и следовать дальше по назначению.

С определенной долей уверенности можно предположить, что Дежкинская команда остановила военную карьеру U 2342. По немецким данным лодка под командой обер лейтенанта Бертольда фон Миттельбибераха погибла в этот день на мине в Балтийском море в районе около Свинемюнде. Однако наши корабли потом наблюдали пятна соляра на месте атаки в течении нескольких дней. Прошедший бой уникален по ряду параметров. Старенькой «мошке» противостояла «электрическая малютка» — малая лодка ХХIII типа.

В середине войны немцы уже понимали, что радиолокация загоняет лодки под воду и в качестве контрмеры был разработан принципиально новый образец лодки тип ХХI. Лодка должна была стать именно подводной, исключительно большой запас электроэнергии позволял ей оставаться под водой очень долгое время. На тех же принципах, что и океанская лодка XXI, спроектирована малая лодка типа XXIII. Она предназначалась плавать почти исключительно под водой. Впервые в мировой практике установлено два различный гребных электродвигателя маршевый GU 4463-8 в 600 л.с. и «подкрадывания» GCR 188 всего в 30! « лошадок». Выходя в атаку лодка могла быстро сблизиться с целью на мощном двигателе или наоборот подползти почти бесшумно как змея, еле вращая винтом. Лодки XXIII типа смогли действовать весной 1945 года у побережья Англии, где создана сверхнасыщенная противолодочная оборона, тем не менее ни одна лодка не потоплена надводным кораблем. Так что успех МО 124 претендует на занесение в анналы военно-морской истории. Лодку подняли в 1952 году немцы и официальную причину гибели приписали мине, что, как уже говорилось, практиковалось для « наведения тени на плетень».

Две недели спустя МО 124 выпало завершить противолодочные усилия катеров МО-IV.

9 января 1945 года из Таллина вышли 6 тральщиков-"сторонников" в устье Финского залива, где они должны были выставить противолодочное минное заграждение. Кстати, на нем потом погибли несколько немецких лодок, так что и здесь катер Дежкина оказался соучастником гибели немецкий субмарин. Эскортировали отряд минзагов 3 катера МО.

На море стоял туман, перемежаемый снежными зарядами, вдали просматривался о.Осмуссар, тральщики готовились в постановке, когда в 18.24. акустик катера Дежкина доложил об установлении контакта с подводной целью. Это произошло у о.Пакри, сторонники, идущие ровным курсом, представляли из себя «лакомую цель», старший лейтенант, не раздумывая, скомандовал атаку глубинными бомбами, затем развернулся на обратный галс и повторил сброс бомб. Всего израсходовали 8 больших и 20 малых бомб, практически весь боезапас. Видимость была очень плохая, темно, снег, никаких следов на поверхности не заметили. Рапорт Дежкина , как говорится, «приняли к сведению» и все. Однако данный бой закончился потоплением U 679, той самой , которая так активно действовали в Нарвском и Выборгском заливах летом 1944 года.

Она вышла в море из Либавы под командой обер лейтенанта Эдуарда Ауста якобы еще 4 ноября и держалась в море 2 месяца. Не совсем понятно, какие причины заставили так затянуть крейсерство практически до исчерпания автономности. На Балтике имелось достаточное количество субмарин, а уставший экипаж в определенной мере терял свою боеспособность, Как бы там ни было в своем последнем походе командир по его донесению потопил сторожевой катер и большой тральщик 18 и 27 ноября соответственно. Первая атака — это потопление малого охотника за подлодками СК 62 (на базе торпедного катера Д-3) в районе 9 миль северо-западнее Палдиски. В отношении последней почти наверняка это сторонник Т 387, погибший в тот день у Таллина, но водоизмещение потопленного корабля Ауст оценил в 400 тонн и считал, что потопил тральщик типа «Фугас».

Конечно и после 9 января немецкие лодки оставались в море, но случавшиеся стычки между ними и кораблями Балтфлота не заканчивались каким-либо решительным результатом.

Так состоялись самые эффективные атаки малых охотников против целей, для уничтожения которых они и создавались.

К сожалению храбрый командир МО 124 погиб при исполнении служебных обязанностей осенью 1945 года.

Автор: П.Боженко

Sunapse » Курс истории России » Военное дело России
Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *